}
    Как изменилась жизнь собаки с переездом в Черногорию
    Авг 27, 2020
    Show all

    Таинственная улица Мессии

    Время чтения: 6 Минут






    Сотнями крутых ступенек книзу стал сегодня маршрут моей прогулки. Ни перил тебе, ни подстраховки, одни ступени и прыжок высоты к подножию города. Длинная такса, испытывая бесконечный восторг, успевала не только перебирать короткими лапками клавиши ступеней в стиле стакатто, но и заглядывать во все потайные углы и кусты, ища повсюду, куда же спряталась рояльная мышь. Небо из голубого переодевалось в глубоко-синий, город белоснежной жемчужиной смотрелся на фоне моря, солнце ушло за горизонт, и фонари провожали его, мигая вслед своим искусственным светом. Если снизу смотреть, то ступени каменной лестницы упирались в небо и, казалось, немного придерживали его, чтобы не так быстро упала на город чёрная вуаль. Мы спустились на трассу, идущую вверх, но пошли книзу. Месяц половинкой круглого хлеба выкатился на небосвод, и уже стало темно. У меня в голове появился новый план маршрута, но вдруг улочка слева ступенями и уютными фонарями сильнее голоса стала манить к себе. Мы свернули на её ступени и прочли надпись — Saptaj Zevi/ Шаптай Цви.

     Все мы наслышаны, сталкивались и знаем о  множестве всяких разных профессий на земле, а что мы знаем о профессии Мессия? Улица в честь самого мистического и скандального человека в истории еврейства, о нем знают многие и наслышаны до сих пор ждущие Великого Прихода, расскажет ли что-нибудь нам, обычным прохожим, поведает ли, раскроет ли свою тайну?  Шаббтай Цви — раввин, каббалист, для кого-то Мессия, а для истории один из самых известных еврейских лжемессий; лидер массового движения XVII века. Сколько еврейских общин ликовало тогда, ведь они дождались его — своего Мессию. Течение это получило название от его имени Саббатай — саббатианство и считается еретическим. Как бы там ни было, но раввин по имени Шаббтай Цви со скандалом и даже сменой религии был сослан в крепость Улциня, жил какое-то время, умер и похоронен именно здесь, в древнем Dolcinium.

    Ступенями вверх поднимается улица и пересекает один из холмов возвышенности Метеризи, берет начало от нижней точки улицы Vida Matanovića, и идёт почти параллельно одной из главных магистралей города, сливаясь в нее же в конце. Улочка невероятно тихая и спокойная, с ее высоты видны части города:  густонаселенный район на склоне горы — Нова Махала, видны 2 башни минаретов (минаре́т имеет разные названия — ми‘зана или са́ума’а, а минава из арабского означает «маяк»), и, несмотря на два "маяка', моря отсюда не видно, лишь только вдали при ясной погоде зеркалом виднеется Солана рядышком с гладью моря на Большом Пляже.

    Что непривычного на улице Шаббтай Цви?

    1. Высокое расположение домов

    Улица отделяет нижний ярус горы от верхнего, поэтому справой стороны идешь по краю обрыва, внизу которого расположены поселения; слева непривычно высоко расположены домики. К каждому дому и к его двери ведёт высокая лестница. Чтобы рассмотреть дом или его вид, придется не смотреть, как обычно, прямо, а буквально задирать голову вверх; с другой стороны, справа, опасаясь свалиться, всегда острожно вынужден заглядывать вниз. Ну, где такое встретишь, как не на улице известного Мессии? Здесь всё назидает и учит тому, чтобы смотреть: или вверх — в небеса, или вниз — в преисподнюю.

    Кроме высоких лестниц к домам и высокого расположения апартаментов,  в самом начале улицы взгляд зацепит старый каменный дом. К нему идут небольшие ступени, чтобы в случае сильных дождей, не скатиться вниз, — и это говорит о достатке и продуманности живущих здесь когда-то. Большая каменная стена и на ней — замурованное окно второго этажа и маленькое застеклённые окошко совсем рядом. Если верить тому, что дома умеют говорить, а особенно старинные, то камни старого дома поведают нам, что история Шаптая Цви древняя и покрыта тайной, замурована точно также, как это окно, но маленькое окошко осталось для самых настойчивых и пытливых.

    2. Необычная рисковая парковка

    Так как эта лента улицы, разделяющая верх горы и ее подножия, достаточно узкая, представьте, как паркуются живущие здесь. Парковкой над обрывом в Черногории никого не удивишь, а вот к стене машиной впритык —

    этому нужно поучиться, чтобы остаться без царапин и разбитого наружного зеркала. Далеко не у всех есть гараж или парковка у дома, поэтому к подобному мастерству нужно приноровиться. 

    3. Домашние кладбища

    И это в Улцине не новость, когда во дворе, а вернее, в огороде у людей могилы родных. Существуют целые семейные кладбища недалеко от дома. Изначально, поклонение могилам и совершение ритуальных обрядов возле них в исламе было запретным и порицаемым, однако со временем это стало привычным для мусульман. Захоронение возле дома было когда-то вызвано экономической, религиозной или политической причиной. Если у человека была своя земля, он вынужден был хоронить своих родных исключительно на ней. Так и появились кладбища у домов.

    А вот, что касается могилы Шаптая Цви, несмотря на то, что одни говорят, мол, он захоронен здесь, другие — там, не верьте. Никому доподлинно неизвестно, где его могила и где его останки. Иначе, вы представляете, какое паломническое движение началось бы здесь? 

    А если задуматься, разве не так и должно быть с мессиями, когда их гроб или же остаётся пуст, или же места захоронения уже никто и не знает?

    4. Смесь двух миров: старинного с современным

    Построив новый дом с помощью современных материалов, можно наблюдать рядом фрагменты или элементы старины нетронутыми и сохраненными. Например, к новому современному дому ведёт старинная часть стены или лестницы, основание дома или двор сохранят свою аутентичность. 

    Нас провожали старые руины большого каменного дома, выросшего откуда-то снизу. Он был похож на привидение-мертвеца, его огромные глаза оконных проемов смотрелись как пустые глазницы черепа, но огни города, освещенного на заднем фоне, вдыхали в черные пустые очи жизнь. И получалось, что дом провожал нас печальным старческим взглядом с огоньком, а значит, с жизнью и надеждой. Пальмы шептали вслед и уговаривали жестами расплющенных пальцев и открытых ладоней: «Тише-тише, ши-ши-ши, ничего и не о ком ты не пиши». Но с каких это пор сплетницы-пальмы становились кому-то хорошим советчиком? Мы с таксой спустились с улицы, на которой хотелось идти шёпотом, чтобы не спугнуть тайну, на шумную и проезжую магистраль, и теперь оставалось идти только в гору: сначала прямо, потом резко налево. Так вот почему эта такса называется кроличья: в гору ей идти гораздо веселей, не идти ей хочется, а бежать. «Шустрик, остановись, нам-то в гору сложней», — но я послушно следую за рыжим кроликом, периодически спасая его пугливое сердце от ревущих машин. Проходя мимо большого мусульманского кладбища, его называют здесь Грабовля, женщина, живущая прямо напротив гробниц, выходит на свою террасу покурить. Она смотрит на нас с удивлением, хотя видит не в первый раз. Надо сказать, что напротив кладбища сравнительно недавно построен небольшой поселок домов эконом класса, этот район в Улцине является социальным проектом для беженцев из Косово и других регионов. Да, их окна не смотрят на море, и буквально через дорогу совсем не парусом белеют гробницы мусульманского кладбища, но если взглянуть подальше и повыше, то глаз радует белеющая камнями гора под названием Бела Гора, удивительное небо и вдали целый город, расстелившийся белой скатертью аж до самой Соланы и большого моря с пляжем большим. 

    — Не страшно тебе? — спросила женщина, глубоко затянувшись сигаретой, укутав себя белым дымом. 

    — Нет, — скала я, — еще рано, чего бояться? 

    — Ужасно! — не понимая меня, поднимая при этом руки, сказала она, намекая на темноту, многие страхи и тайны, которые живут в этом городе.

     Ну, а как вы хотели, как по-другому в городе, в котором жили и умирали странные мессии, и могилы их оставались неизвестны, а, возможно, даже пусты. 

    Я шла и думала, как много написано об этом человеке, а история его лишь разрастается слухами: он и 

    бисексуал и просто красавец, мистик, обворожитель, каббалист, шизофреник, пророк, обожающий петь, пить вино и пьянеть от любви; богохульник, лжепророк и вероотступник; святой, учитель, ведущий за собой  массы - так кто он такой, попробуй разбери на этом кладбище быстротечной жизни.

    Одно могу сказать точно: эта спокойная улочка в честь имени Шаптая Цви своей тишиной и узостью, и пусть даже лежащая на грани, никак не передает остроты, силы и буйства той личности, которую определили как лжемессия. Тот, который будоражил царей, взбаламутил народы, довел до иступления евреев, не может так тихо и спокойно  пролегать через гору,  соединяя дороги и создавая лишь геолокационные треугольники. Но с другой стороны, в каком еще городе или стране дадут название целой улице в честь личности с приставкой лже?  Есть над чем подумать, не правда ли?












    Привет! Нужна помощь, звони